Изгибы судьбы Шафирова. В Стамбуле


    А в Стамбуле тем временем русских дипломатов Шафирова, Толстого и Шереметева вновь выпускают из казематов Семи-башенного замка и везут в Адрианополь для переговоров. Шафиров уже и не знал, будут ли они серьезными или турки вновь разыграют фарс с целью вымогательства и шантажа. Но он делает все, чтобы перемирие было наконец подписано, хотя и пишет царю: "Мне стыдно уже доносить вашему величеству о здешних происшествиях, потому что у этого непостоянного и превратного правительства ежечасные перемены". И добавляет в конце: "А французский посол и Понятовский мечутся,, как бешеные собаки, денно и ночно всюду, для того я принужден ныне последние силы и умишко в том употреблять". Надо признать, что "умишко" Шафирова помогал ему находить выход из самых труднейших ситуаций.
    Шафирову приходилось трудно еще и по той причине, что он действовал на свой страх и риск, не получая никаких инструкций от своего непосредственного начальника - канцлера Головкина, между ними существовала давняя вражда. Вся тяжесть дипломатических переговоров с турками легла на его плечи. Он даже жаловался Екатерине Алексеевне на поведение Головкина: "Мы новый договор о мире поставили; однако же в том обретаюсь в великой печали, что сие принужден учинить, не получа нового указа, понеже тому с 8 месяцев, как ни единой строки от двора вашего, ни от кого писем не имели. Того ради прошу о всемилостивейшем представительстве ко государю, дабы того за гнев не изволил принять, что я не смел сего случая пропустить и мир сей заключил..."
    Мир, заключенный Шафировым и Толстым, Петр целиком и полностью одобрил, оценив их мужество и дипломатическую сметливость.




Copyright 2008. При использовании материалов для всех интернет проектов обязательна доступная к индексации активная гиперссылка на grimjim.com.ua