Изгибы судьбы Шафирова. Шафиров в Турции


    Поскольку русский посол в Турции Толстой все еще сидел в казематах Семибашенного замка, в Стамбул были направлены два новых представителя России - Шафиров и Шереметев. Они должны были предъявить султану проект нового договора. Но султан даже не стал его рассматривать, а предложил свой, от которого, не будь Шафиров таким выдержанным, могли бы стать на голове волосы дыбом. России категорично предписывалось уйти из Польши и более никогда туда не возвращаться, немедленно отдать Азов и все южные крепости, не предъявлять никаких претензий шведскому королю, но главное - уступить Турции всю Украину! Оказывается, она принадлежит разрозненным бандам казацких сторонников Мазепы. Тут история дипломатии делает паузу, поскольку далее следует хаотическая картина невероятно запутанных событий, разворачивающихся как в авантюрно-приключенческом романе.
    В чьей болезненной голове родился этот неслыханно наглый ультиматум об Украине? В голове окруженного льстецами и казнокрадами султана? Или его придумал недобитый шведский завоеватель, мнящий себя Александром Македонским? Или польский генерал Понятовский, переодевшийся в Стамбуле в турецкую одежду, чтобы очаровать своих мусульманских хозяев? Но скорее всего, все нити вели к французскому посланнику маркизу Дезальеру, давнему недоброжелателю России. Франция придумала следующую комбинацию: Швеция возвращает себе прибалтийские владения, Турция захватывает юг России и начинает марш на Вену, Польша возвращает "исконно польский".
    Киев, а сама Франция, опираясь на всех этих союзников, сокрушает австрийских Габсбургов и наносит сокрушительный удар морским державам, особенно Англии. И в Стамбуле вначале всерьез поверили в этот грандиозно-безумный проект, в возможность прибрать к рукам Украину, опираясь на недобитых сторонников покойного гетмана Мазепы.
    Шафиров вступает в контакт с английским и голландским посланниками Саттоном и Кольером, которые еще и прежде содействовали Толстому в укреплении мира между Турцией и Россией. И те, будучи посредниками между султаном и Шафиро-вым, принялись немедленно защищать интересы русских (дипломатия всегда поразительна, поскольку изменчива, как Протей). Шафиров доносил царю: "Если бы не английский и голландский послы, то нам нельзя было бы иметь ни с кем корреспонденции и к вашему величеству писать, потому что никого ни к нам, ни от нас не пускали и, конечно б, тогда война была начата и нас посадили бы, по последней мере, в жестокую тюрьму; английский посол, человек искусный и умный, день и ночь трудился и письмами и словом склонял турок к сохранению мира, резко говорил им, за что они на него сердились и лаяли... голландский посол ездил несколько раз к визирю инкогнито, уговаривал его наедине и склонял к нашей пользе, потому что сам умеет говорить по-турецки. И хотя мы им учинили обещанное вознаграждение, однако нужно было бы прислать и кавалерии с нарочитыми алмазами, также по доброму меху соболью". Дипломаты, естественно, получили и соболей, и денег немало: посол Англии - 6 тысяч червонных, а Голландии - 4 тысячи. Послы эти, конечно, трудились не столько ради денег и не из-за любви к России, а чтобы провалить далеко идущие замыслы Франции. И постепенно требования турок начинают смягчаться. Хорошим признаком явился и выход Толстого из тюрьмы. Наконец Великий Диван принимает постановление: не надлежит ни султану, ни визирю в воинский поход идти. 5 апреля 1712 г. подписывается новый мирный договор.
    Тем не менее в турецком правящем лагере царит неразбериха. У каждого там свои интересы. Мутят воду и французский посол с Карлом XII. А сама деятельность шведского короля все больше раздражает турок. Да и содержание этого назойливого и бесполезного гостя становится все более обременительным.




Copyright 2008. При использовании материалов для всех интернет проектов обязательна доступная к индексации активная гиперссылка на grimjim.com.ua